Ганс-Ульрих Рудель. Пилот "Штуки" -
9 >
командования военно-воздушных сил. В самолете-разведчике наблюдатель также
играет и роль штурмана, и мы все получили соответствующую подготовку. Вместо
того чтобы пилотировать самолет, мы должны были сидеть неподвижно и доверять
свою жизнь пилоту, к которому мы естественным образом относились как к
дилетанту, пророчествуя, что в один прекрасный день он разобьется - и мы
вместе с ним. Мы учили аэрофотосъемку, делали вертикальные и панорамные
фотографии в районе Хильдесхейма. Остальное время было посвящено
однообразной теории. В конце курса мы были назначены в свои части. Я
переведен в эскадрилью дальней воздушной разведки 2F121 в Пренцлау.
Два месяца спустя нас переводят в район Шнайдемюля. Началась война с
Польшей! Я никогда не забуду свой первый полет через границу другого
государства. Я сижу напряженно в своем самолете, ожидая того, что должно
произойти дальше. Мы испытываем благоговейный страх перед зенитным огнем и
относимся к нему со значительным почтением. Польские истребители поднимаются
в воздух редко и с большим опозданием. То, что было сухим предметом в
классной комнате, становится сейчас волнующей реальностью. Мы фотографируем
железнодорожные станции в Торне и Кульме, чтобы установить направление
движения и районы сосредоточения польских войск. Позднее наши миссии ведут
нас дальше на восток к железнодорожной линии Брест-Литовск - Ковель - Луцк.
Верховное командование хочет знать, как перегруппировываются на востоке
поляки и что делают русские. Для миссий в южной зоне мы используем в
качестве базы Бреслау.
Война в Польше вскоре окончена, и я возвращаюсь в Пренцлау с Железным
крестом 2-й степени. Здесь мой командир тут же понимает, что у меня не лежит
душа к разведывательным полетам. Но он полагает, что при нынешнем состоянии
дел мое прошение о переводе в часть пикирующих бомбардировщиков не будет
иметь успеха. И в самом деле, несколько моих попыток оканчиваются ничем.