Ганс-Ульрих Рудель. Пилот "Штуки" -
72 >
Чирский фронт мы только легли на обратный курс, когда туман внезапно
сгустился. Я немедленно приземлился вместе со всей эскадрильей на большое
поле. Наших войск здесь не видно. Хеншель отправляется с несколькими
бортстрелками на разведку. Через три часа они возвращаются, они смогли найти
нас, только крича во все горло. Я еле-еле могу видеть свою вытянутую руку.
Незадолго перед полуднем туман немного поднимается и вскоре мы успешно
приземляемся на нашем аэродроме.
Январь проходит быстро и прежде чем перебазироваться в Шахты, мы
временно размещаем нашу штаб-квартиру в Тацинской. Мы вылетаем отсюда в
основном против тех вражеских сил, которые угрожают району Донца. Для боевых
вылетов дальше к северу, моя эскадрилья использует аэродром в
Ворошиловграде. Отсюда недалеко до Донца, легче бороться против возможных
попыток противника организовать переправу. Из-за непрекращающихся вылетов и
сильных боев со времен Сталинграда, резко падает число самолетов, которое мы
способны поднять в воздух за день. Во всей эскадрилье самолетов достаточно
чтобы сформировать одну сильную группу. Вылеты одновременно против
нескольких целей редко дают результат и мы летаем одной группой, руководство
которой обычно возлагается на меня. Весь район Донца полон промышленных
объектов, в основном шахт. Как только Советам удается здесь закрепиться, их
потом почти невозможно выбить. Здесь они могут найти хорошие укрытия и
маскироваться. Атаки на малой высоте среди труб и терриконов имеют обычно
лишь ограниченный успех, пилотам приходится уделять слишком много внимания
разным препятствиям и они не могут сконцентрироваться на своем задании.
В один из этих дней Ниерман и Кюфнер празднуют свой день рождения. К
северо-западу от Каменска мы высматриваем врага, в особенности танки, и
отдельные самолеты отделяются от строя. На хвост самолета Кюфнера и Ниермана
садиться Ла-5. Я предупреждаю их об опасности, но Ниерман переспрашивает: