Ганс-Ульрих Рудель. Пилот "Штуки" -
66 >
склады боеприпасов.
Их трусость наверняка закончится катастрофой для всего фронта. Не
встречая сопротивления, советское наступление катится дальше на Калач. Если
они захватят Калач, то смогут сомкнуть кольцо вокруг захваченной ими части
Сталинграда.
В пределах города наша 6-я армия удерживает свои позиции. Под градом
сконцентрированного артогня она отражает атакующие волны красных,
вздымающиеся навстречу волна за волной. 6-я армия буквально "истекает
кровью", она сражается прижатая спиной к рассыпающейся на куски стене и
продолжает наносить ответные удары.
К югу от Сталинграда фронт идет вдоль цепочки озер, вытянувшихся с
севера на юг и затем продолжается в степи. В этом океане равнин нет ни
одного островка на сотни километров вплоть до маленькой Элисты.
Немецкая мотопехотная дивизия, занимающая город, контролирует эти
могучие степные пространства. Наши союзники удерживают также разрыв между
этой дивизией и 6-й армией в Сталинграде. Красная Армия подозревает, что
здесь наш фронт ослаблен, особенно в северной части озерного района и Советы
решают прорваться здесь в западном направлении. Они пытаются выйти к Дону!
Еще пара дней и русские выходят к реке. Прорыв красных образует брешь в
наших линиях и они пытаются достичь города Калач-на-Дону. Это означает
смертельный приговор для 6-й армии. Две атакующие группировки русских
соединяются в Калаче и кольцо вокруг Сталинграда смыкается. Все происходит
обескураживающе быстро. Наши резервы ошеломлены русским и пойманы в их клещи
как в ловушку. Во время этой фазы один акт анонимного героизма сменяет
другой. Ни одна немецкая часть не сдается до тех пор, пока не выпустит
последнюю пулю, не бросит последнюю гранату, не продолжит бой до горького
конца.
Мы летаем над котлом во всех направлениях, там, где складывается
наиболее угрожающая ситуация. Сохраняется советское давление на 6-ю армию,
но немецкий солдат держится твердо. Где бы ни возникала угроза прорыва, она