Ганс-Ульрих Рудель. Пилот "Штуки" -
63 >
хваткой за каждую кучу камней, они прячутся за каждым останком стены. Для
своего Сталина они играют роль огнедышащих чудовищ-стражников, и когда эти
чудовища спотыкаются, меткие выстрелы из револьверов политкомиссаров
пригвождают их к земле, которую они защищают. Эти азиатские ученики
тотального коммунизма и политические комиссары, стоящие за их спинами,
предназначены судьбой для того, чтобы принудить Германию, а с ней и целый
мир, оставить уютную веру в то, что коммунизм есть просто политическое
кредо, наравне со многими другими. Вместо этого они должны показать нам
первым, а потом и всем другим нациям, что они являются последователями
нового вероучения. И Сталинград должен стать Бетлехемом нашего столетия. Но
это Бетлехем войны и ненависти, уничтожения и разрушения.
Эта мысль занимает наш ум по мере того, как мы совершаем вылет за
вылетом против красной крепости. Часть города, удерживаемая Советами,
находятся прямо на западном берегу Волги и каждую ночь русские волокут через
нее все необходимое своим красным гвардейцам.
Ожесточенные бои вспыхивают за городские кварталы, за каждый погреб, за
кусок фабричной стены. Мы должны сбрасывать наши бомбы чрезвычайно
аккуратно, потому что наши собственные солдаты находятся всего в нескольких
метрах, в другом погребе или за обломками соседней стены. На наших
фотокартах города различим каждый дом. Цель каждого пилота точно помечена
красной стрелкой. Мы летим с картой в руках, нам запрещено сбрасывать бомбы,
прежде чем мы наверняка опознаем цель и определим точное положение своих
войск.
Пролетая над западной частью города, вдали от линии фронта, удивляешься
царящей здесь тишине и почти обычному движению по дорогам. Все, в том числе
и гражданские, занимаются своими делами, как будто город находится далеко за
линией фронта. Все западная часть города сейчас находится в немецких руках,
только в меньшей восточной части, на самом берегу Волги еще остались очаги