Ганс-Ульрих Рудель. Пилот "Штуки" -
31 >
бомбы еще не прибыли. Поскольку наши одномоторные "Штуки" не могут летать
вслепую, ведущий должен полагаться на помощь всего двух приборов: индикатора
крена и датчика вертикальной скорости. Остальные держат строй, прижимаясь
друг к другу так чтобы можно было видеть крыло соседа. Если лететь в густых,
темных облаках, никогда нельзя держать интервал между концами крыльев больше
чем 3-4 метра. Если он больше, то мы рискуем потерять соседа навсегда и
протаранить идущий следом самолет. Эта мысль всегда вызывает ужас! При такой
погоде безопасность всего полка в высочайшей степени зависит от того, как
ведущий летит про приборам.
Спустившись на высоту 2 км мы оказываемся в густом облачном покрове,
отдельные машины немного вышли из строя. Вот они снова подошли ближе. Земли
по-прежнему не видно. Если судить по часам, то мы очень скоро будем над
Финским заливом. Облачный покров становится немного тоньше. Ниже нас
сверкает синева - это вода. Должно быть, мы приближаемся к нашей цели, но
где же она точно находится? Невозможно сказать, потому что разрывы в облаках
едва заметны. Облачный покров никак не может быть 7/10, только изредка этот
густой суп растворяется и открывает отдельные просветы. Неожиданно через
один из таких просветов я что-то вижу и тут же связываюсь со Стином по
рации. "Кениг 2 - Кенигу 1 ... отвечайте".
Он немедленно откликается:
"Кениг 1 - Кенигу 2, прием".
"Я вижу большое судно прямо под нами... кажется, "Марат"".
Мы продолжаем переговариваться, Стин снижается и устремляется в разрыв
между облаками. Не договорив до конца, я также начинаю пикирование. За мной
следует Клаус в другом штабном самолете. Сейчас я могу видеть судно. Конечно
же, это "Марат". Усилием воли я подавляю волнение. Для того чтобы оценить
ситуацию и принять решение у меня есть только несколько секунд. Именно мы
должны нанести удар, поскольку крайне маловероятно, что все самолеты пройдут
через окно. И разрыв в облаках и судно движутся. До тех пор пока мы