Уильям Ширер. Взлет и падение третьего рейха (Том 1) -
9 >
правительство дало согласие на приезд Риббентропа в Москву 26-27 августа. В
то же время было принято решение оставить двери для переговоров с Англией и
Францией открытыми. В ночь на 20 августа в Берлине состоялось подписание
советско-германского кредитного соглашения, о чем было сообщено в печати. В
тот же день Гитлер обратился к И. В. Сталину с личным посланием, настаивая
на приезде Риббентропа в Москву 22 августа, самое позднее 23-го.
О напряженности этих дней свидетельствует хотя бы такой факт. На 23
августа одновременно была намечена встреча Геринга с Чемберленом в Англии.
На один из немецких аэродромов за именитым гостем уже прибыл самолет "Локхид
А-12" английских секретных служб. Содержание условий сговора хранят в тайне
британские архивы. Утром 21 августа на переговорах в Москве началось
последнее заседание советской, британской и французской военных делегаций,
закончившееся безрезультатно. Вечером Сталин отправил Гитлеру телеграмму с
согласием на приезд Риббентропа 23 августа. Полет Геринга в Англию был
отменен.
22 августа советская печать сообщила о предстоящем приезде Риббентропа.
Готовясь к его приему, в Москве ожидали положительного сдвига на переговорах
с Великобританией и Францией. Глава французской военной делегации генерал Ж.
Думенк посетил в тот день К. Е. Ворошилова и сообщил, что получил от своего
правительства положительный ответ на "основной кардинальный вопрос"
(согласие на пропуск советских войск через территории Польши и Румынии в
случае наступления германских армий) и полномочия подписать военную
конвенцию. Однако он признал, что о позиции английского, румынского и
польского правительств ему ничего не известно. Иными словами, подписание
военной конвенции и предотвращение совместными усилиями нападения Германии
на Польшу оказалось невозможным. У. Ширер считает, что Чемберлен, отвергнув
соглашение с СССР, впоследствии "вернулся к этой мысли". Если все обстояло
именно так, то английский премьер пошел на это лишь с целью оказать давление