Уильям Ширер. Взлет и падение третьего рейха (Том 1) -
13 >
объективную оценку, не причислять СССР к "невоюющим союзникам" Германии, как
это начали утверждать отдельные историки. Все обстояло значительно сложнее.
Исчерпывающий ответ на этот вопрос содержится в документах II съезда
народных депутатов СССР (1989 год).
Реализация достигнутых в 1939 году договоренностей между Германией и
СССР отражала обстановку вынужденного с обеих сторон, хотя и по разным
причинам, временного компромисса, в котором определяющим фактором являлись
стремительно нараставшие противоречия, вызванные усиливавшейся подготовкой
Германии к агрессии против СССР.
Что касается переговоров В. Молотова в Берлине в конце 1940 года и
согласия СССР на вступление в тройственный пакт, то как предложение,
сделанное Советскому правительству, так и его ответ необходимо, на наш
взгляд, рассматривать в контексте сложившейся военно-политической
обстановки, которая диктовалась уже принятым к этому времени решением
гитлеровского руководства о войне против СССР, о подготовке к которой было
известно в Москве. На переговорах в Берлине Германия стремилась
дезориентировать СССР относительно своих планов (отсюда и предложение о
новом разделе сфер влияния), а СССР - дезориентировать Германию, якобы
приняв ее предложение как реальное, и таким образом отдалить еще на какое-то
время войну, укрепить оборону страны, в первую очередь Вооруженные Силы,
которые, как показала война в Финляндии, явно не были готовы к отражению
агрессии. Думается, что ни та, ни другая сторона своих целей не достигли.
Гитлеровцы продолжали наращивать масштабы подготовки к агрессии. Отсутствие
немецкого ответа на советское письмо от 26 ноября 1940 года лишний раз
подтверждало неизбежность войны. Не оставалось, видимо, у гитлеровцев
сомнений и в том, что скрыть свои планы от СССР не удастся, о чем
свидетельствовала достаточно жесткая позиция, занятая В. М. Молотовым на
переговорах в Берлине, на что указывают и приводимые в книге фрагменты.