Анна Герман. Вернись в Сорренто? -
69 >
Вместе с ним на репетицию пришла его жена, молоденькая, прелестная и, как
сообщил мне Рануччо, невероятно ревнующая своего знаменитого мужа. Пьетро и
Рануччо вдруг заволновались. Я уже предчувствовала, что кого-то из них опять
осенила блестящая мысль. И не ошиблась. "Ты должна сняться с Доменико", -
сказал, наклонившись ко мне, Пьетро. "Вот это будет реклама! Разумеется,
сначала мы тебя ему представим". Но синьор Доменико Модуньо между тем уселся
в другом конце зала. А к лицу ли женщине расталкивать локтями толпу, чтобы
представиться ему самой? Но, с другой стороны, как справедливо рассудил
Пьетро, и Модуньо вряд ли пожелает проделать этот нелегкий путь ради того,
чтобы познакомиться с какой-то неизвестной певицей.
Однако Рануччо вновь оказался на высоте положения: "Анна
просто-напросто передвинется ближе, я попрошу Доменико сделать в свою
очередь то же самое. А когда они окажутся на расстоянии вытянутой руки, мы
представим их друг другу".
Я выполнила все, что от меня требовалось, - и вот уже мы сидим рядом с
Модуньо, который оказался очень славным и непосредственным человеком. Когда
подошел фотограф, чтобы сделать снимок "Доменико Модуньо беседует с
полькой", началась такая сутолока, что потом на фото даже не удалось
разобрать, кто где начинается и кто где кончается, - столь магнетической
притягательностью обладает объектив. Помощь пришла с совершенно неожиданной
стороны, со сцены. У микрофона появилась супружеская пара "Сонни и Шер",
которая и вызволила меня из затруднительного положения. Пока они выступали,
никто не мог делать ничего иного, кроме как изумляться фантазии супругов,
выразившейся в покрое и расцветке их одежды. Я даже не в состоянии
определить, хорошо ли они пели, - зрелище было поистине ошеломляющим. Как
выяснилось позднее, в тех же костюмах и в том же гриме они разгуливали по
Сан-Ремо, вызывая у прохожих разноречивые чувства. Но цели они своей,