Анна Герман. Вернись в Сорренто? -
57 >
заключение, в родном порту, - на польском.
Поскольку концерт представлял собой не обычную сборную программу, а был
объединен сюжетом, то мы возили декорации, имитирующие палубу судна. Для
всех участников были сшиты специальные костюмы, с помощью которых мы сменяли
не только национальность, но и цвет кожи. Больше всего хлопот и смеху
доставляло переодевание и грим для "африканского порта". В страшной спешке
необходимо было сбросить предыдущий костюм, натянуть темно-коричневое трико
и выкрасить лицо, шею, уши и ладони гримировальной краской, невероятно
похожей на сапожную ваксу "Киви". Танцовщицы располагали к тому же еще
черными завитыми паричками.
Я относилась к своей работе с полной ответственностью и потому
неимоверно педантично, как если бы от этого зависел успех всего концерта,
покрывала толстым слоем краски все, что не было закрыто трико. Но, несмотря
на добросовестность и старание, я, вероятно, выглядела весьма комично и вряд
ли даже отдаленно напоминала негритянку, ибо на тщательно закрашенной шее
абсолютно нелогично торчала светловолосая голова. Мне, помнится, не хватило
парика.
Программа была почти уже готова до того, как "зачислили" меня, так что
вскоре я заявила домашним: "Завтра выезжаем! Сначала в Нижнюю Силезию, а
потом на Побережье!"
Впервые я уезжала надолго. Я всегда была "домашней", даже в общежитии
никогда не жила. Так что моя поездка стала событием, равным по масштабу
трансконтинентальному путешествию.
Программа наша понравилась и в Нижней Силезии, и на Побережье. Работы у
всех было выше головы. Едва успевали переодеваться и гримироваться для
очередной сценки. Может, это было и к лучшему: все свершалось в таком
бешеном темпе, что на раздумья и волнения просто не хватало времени. Не
подумайте, будто я нисколечко не волновалась, о нет! Но это уже было совсем
иное состояние, нежели тогда, в "Каламбуре".
Вспоминаю, как получила я свою первую зарплату. Мои первые, собственным