Ефим Борисович Черняк. Пять столетий тайной войны. Из истории секретной дипломатии и разведки (монография) -
9 >
послов как можно дольше тянуть время, чтобы он и "рабы" сумели произвести
разведку.
Однако время проходило, а римляне оставались под строгой охраной и не
могли узнать ничего существенного. Глава римского посольства сказал Лелию,
что невозможно долее затягивать переговоры. Тот попросил повременить еще
хотя бы сутки и стал совещаться с другими разведчиками, что же предпринять.
В этот момент громко заржала и встала на дыбы одна из лошадей,
принадлежавших послам, вероятно, от укуса насекомого. У Лелия мгновенно
созрел план действий. Римляне втайне от стражи довели до бешеАства своих
лошадей. Испуганные животные ринулись прочь от места, где находилось под
охраной римское посольство. "Рабы" бросились ловить лошадей, и вскоре все
детали укрепленного лагеря, построенного нумидийцами, стали известны
римлянам. Переговоры не дали результатов: Сципион и не думал предоставлять
Сифаксу роль посредника между Римом и Карфагеном, к чему, видимо, стремился
нумидийский князь. Война закончилась полным разгромом Карфагена. В этом
немалую роль сыграло и поражение Сифакса.
Античные полководцы нередко прибегали к приему, заключавшемуся в
доведении до сведения противника ложных известий, чтобы побудить его
действовать во вред собственным интересам. В III в. до н. э. в карфагенском
войске, которым командовал Ганнон, взбунтовались 4 тыс. галльских наемников.
Возмущенные задержкой жалованья, они грозили перейти на сторону Рима. Боясь
наказать галлов, так как это могло толкнуть их на открытый мятеж и переход
на сторону Рима, Ганнон подослал к римлянам лазутчика, который предупредил
их о месте, где карфагеняне должны были производить фуражировку. Ганнон
временно успокоил галлов различными обещаниями и послал их в место,
указанное римлянам. Те уже ждали в засаде появления галлов и перебили своих
возможных союзников.
В 30-е годы I в. до н. э. римский полководец Вентидий, узнав, что в его
войске находится шпион парфян, распустил слух, будто опасается их
