Юрий Дроздов. Записки начальника нелегальной разведки -
95 >
подпрыгивал от соприкосновения с бетоном, открывалась дверь кабины и внутрь
врывался родной воздух.
ГЛАВА 4. "ПАСЕКА" (КИТАЙ)
После возвращения из Германии, несмотря на положительные результаты в
работе, мне не нашлось места в центральном аппарате нелегальной разведки.
Для него я был новичком. Хоть и опытным, но новичком, а таких туда брали
неохотно. К тому же, тогдашнему руководству были известны мои взгляды на
организацию работы и использование нелегалов, что отдельными руководителями
воспринималось в 1963 г. с опаской и настороженностью.
Я не стал спорить и был направлен отделом кадров на курсы
усовершенствования оперативного состава (УСО). Учеба на курсах, обилие
свободного времени давали возможность проверить правильность своих взглядов,
ознакомиться со взглядами на организацию и ведение разведывательной
деятельности других сотрудников разведки.
Время шло, его нет-нет да разнообразили выходки нашей почты. Кто-то,
наверное, незлонамеренно, шутя, стал бросать в наш почтовый ящик газету
"Жэньминь жибао" на китайском языке. В семье на это не обратили внимания. Но
сразу же об этом вспомнили, когда в декабре 1963 г. в кадрах разведки мне
предложили прервать учебу и начать подготовку к командировке в КНР. Почему
выбор пал на меня, не владеющего китайским языком, не знаю, но резкое
обострение советско-китайских отношений требовало организации
разведывательной работы по КНР, которую мы прекратили в октябре 1949 г., ко
всему прочему, передав китайским органам безопасности свою агентуру,
совершив недопустимый для любой разведки промах в угоду пожеланиям и
просьбам временных союзников. Ошибочность этого шага сказывается и по сей
день.
Задача передо мной была поставлена трудная. Ведь с 1949 г. китайские
разведчики и контрразведчики проходили подготовку у нас, были частыми
гостями на Лубянке. Мы широко распахнули им свою душу и раскрыли сокровенные