Анастасия Цветаева. Сказ о звонаре московском -
18 >
отдавался чувству юмора этой схватки, иногда выходя из нее со смехом, и
никогда не отступал, может быть, наученный логопедом упорствовать в
достижении нужного звука. Нет, упорство это жило в нем самом! А может быть,
крылось в каком-то веселом единоборстве? Или же в осознании комизма
ситуации: ему не дается звук -- ему! -- столькими звуками владеющему, ему,
их богатством одаренному превыше возможностей окружающих! И ему не дается
какой-то один звук!
Жук в-ы-л-е-з из патоки!
-- "Ввы должжны нам помочь!" -- продолжал он. -- Их было несколько, а я
-- один. Двое были в белых халатах, этто ббыла как-кая-то л-лаборатория. Я
очень смеялся! Что же тут проверять, что я -- слышу! Ппо-моему, их
интереснее проверять, почему они ничего не слышат! Один какой-то бемоль,
один диез, только! И нна эттом они состроят свою му-ззыку, тем-перированную!
-- Котик, ну а как же они вас проверяли?
-- По-моему, они не меня проверяли, а этти свои приборы, потому что, --
он очень оживился, но, как всегда не успевая догнать свою мысль речью,
заспешил, мешая себе: -- Онни ппривели мменя в ттаккую выссокую ккомнату,
там было много стеклянных вещей, и мметаллических тоже ммного, и поссаднли
меня у ттакого стола, и чтопто нна мменя надели, потом снимали, плотом
оппять ннадевали. И потомм они оччень криччали, спорили. Я нне знаю про
ччто, я оччень смеялся. Я заббыл, что потом ббыло, я этто ужже рассказал
Юлии Алексеевне, а ее папа ззаинтересовался и меня все расспрашивал.
-- Ну все-таки, что же они, Котик, проверили?
-- Онни ттак сказали: что скколько этти прибборы ммогли за мною
поспеть, зза моим слухом -- ккакие-то ттам "коллебания". (Там еще что-то
игграло, каккая-то -- ччепуха...) Онни запписали этто -- все что ппра-вильно
слышу, и пприборы с эттими "колебаниями" ттоже! А поттом это все
осстановилось -- и я слышал, а оони ужже не ммогли, поттому что онни --
кончились! -- Котик засмеялся с детской ликующей непосредственностью, -- а я