Владимир Гоник. Преисподняя -
82 >
что предпочел бы кого-нибудь попроще и старался отвадить знаменитого
гостя, но Бирс не отступал.
- Боюсь хлопот с вами, Бирс, - признался Першин. - Вы - журналист,
человек на виду, у вас свой норов. А мне нужна дисциплина.
- Я потерплю, - пообещал Бирс.
- Могу обидеть ненароком. Накричать, матом покрыть... А возразить мне
нельзя: затея у нас опасная, мое слово - закон.
- Так и будет, командир, - подтвердил Бирс.
Першин не стал говорить, что в мирной жизни они находятся в разных
весовых категориях: Бирс - знаменитость, а он - грузчик в мебельном
магазине, и за одним столом им вместе не сидеть.
Бирс пришел в отряд по нескольким причинам. Материал был
первоклассный, тянул на цикл передач, а то и на фильм, многие студии уже
зарились на него, и Бирс решил всех опередить, а потому следовало узнать
обо всем самому.
Однако была и другая причина. Его вдруг остро потянуло пережить то
чувство, какое изо дня в день он испытывал на войне: ощущение опасности.
Так игрока, бросившего игру, вдруг потянет остро вновь пережить давний
азарт. Подобное чувство испытывал весь отряд: опасность, как наркотик,
вкусив ее, потом неизбежно чувствуешь в ней потребность. После войны они
долго не знали, куда себя деть, жизнь казалась им пресной, спокойное
размеренное существование томило, риск притягивал и неодолимо манил.
...в общежитии соседом Ключникова оказался Буров, студент третьего
курса. Это был щуплый хлопотун, всегда возбужденный и непоседливый,
беспокойные руки вечно что-то искали, трогали, ощупывали, он мял, гнул,
теребил всякий предмет, который сподобился ухватить. Нередко он ломал
ручки и карандаши, рвал носовые платки, раздергивал на нитки вязание,
знающие его люди то и дело отнимали у него попавшую под руку вещь; когда
руки ничего не находили, он нервно грыз ногти и обкусывал их до мяса.
Похоже было, его постоянно гложет какая-то тревога, изводит