Владимир Гоник. Преисподняя -
75 >
- Мы сами по себе, - разочаровал его Першин.
- Как?! - опешил лейтенант и недоверчиво вертел головой, разглядывая
разведчиков: каждый ростом под потолок, пятнистые комбинезоны,
бронежилеты, укороченные десантные автоматы АКМ, гранаты, баллончики с
газом, ножи на ремнях...
- Доложи, если хочешь, - предложил ему Першин.
- Кому? - не понял лейтенант.
- Министру.
- Что доложить? - упавшим голосом спросил лейтенант.
- Что хочешь.
- А ты вообще на поверхности бываешь? Поднимаешься иногда? Или все
время здесь торчишь? - ворчливо поинтересовался проводник. - Что в Москве
происходит, знаешь?
Они оставили лейтенанта в глубокой задумчивости. Першин не был
уверен, что тот доложит о происшествии по начальству: караульная служба на
этом посту была предпочтительнее, чем Новая Земля или Чукотка.
Поднявшись на платформу, разведчики разместились на мотовозе, который
их поджидал. Обратная дорога по встречному тоннелю заняла всего несколько
минут, мотовоз высадил их и укатил в сторону Черкизово. Разведке следовало
поторапливаться, вскоре должны были дать напряжение в третий рельс.
Поляков отомкнул замок и стоял, дожидаясь, у открытой решетки, пока
все пройдут в коридор. Разведчики один за другим поднимались по железному
трапу, Першин шагнул последним и остановился за порогом в ожидании
проводника. Сквозь стук шагов ему почудился странный звук, которому он не
придал значения: то был звук лопнувшей струны.
Першин стоял в коридоре и ждал. Никто не появлялся, проводник
замешкался в тоннеле, Першин услышал стон и быстро выглянул: проводник
лежал ничком, подогнув ноги.
- Ко мне! - крикнул Першин в глубину коридора и прыгнул в тоннель.
Разведчики окружили его, изготовив автоматы, но стрелять не пришлось,
не было цели. Все было тихо, спокойно, горела цепь фонарей, тоннель
оставался пустым и безлюдным. Першин нагнулся к проводнику: в спине у
старика торчала массивная металлическая стрела.