Владимир Гоник. Преисподняя -
7 >
Но иногда, изредка мне везло: я встречал людей, которые понимали, как
с ними обошлись, на кого они всю жизнь гнули спину и кому нужны
бессмысленные секреты, пожирающие труд народа, принуждающие его жить
впроголодь. Такие встречи были настоящей удачей: разговор шел легко,
свободно, без оглядки.
Собирая материал, я встречался с большим числом специалистов,
работающих под землей, но не имеющих отношения к секретам: строителями,
макшейдерами, связистами, электриками, работниками метро, археологами,
ремонтниками. Все они ссылались на некое "соседство" внизу, которое давало
о себе знать гулом, вибрацией, электромагнитными излучениями, ощущением
чужого присутствия. Мои расспросы приносили бытующую среди специалистов
молву о тайном подземном строительстве, объемы которого не поддавались
рассудку и здравому смыслу. В конце концов, я решил, что пора спускаться
самому. Это случилось нечаянно. Неопределенная причина, похожая на
странную прихоть или на повеление свыше, привела меня на стройку в центре
Москвы, где реставрировали старый дом. Необъяснимо, по внутреннему
побуждению, словно кто-то вел меня за руку, я спустился в подвал и стал
настороженно пробираться от проема к проему. Было полное ощущение, что я
бывал здесь когда-то - давно, неизвестно когда; хотя я твердо знал, что
никогда прежде сюда не забредал.
Пройдя немного, я обомлел: в глубь холма тянулись широкие галереи,
перед глазами открылись старинные своды, древняя кладка, арки и столбы.
После первого спуска, ставшего лишь коротким обзором, я понял, что
исследования требуют подготовки и снаряжения. И все же, я полагаю, первый
спуск был неким знаком свыше, знамением небес, поощрением избранного пути.
Впоследствии я убедился, что из старинных галерей, куда я спустился
впервые, при желании и наличии инструментов можно проникнуть в соседние
системы - в монастырские и церковные подвалы, склады, в винные погреба, в