Владимир Гоник. Преисподняя -
53 >
профессорского кабинета, вполголоса бубнил угрозы: если ей не поставят
зачет, он покажет в натуре, что такое действия штурмовой группы при
контакте с противником.
...тоннель впереди изгибался плавной дугой и исчезал за поворотом. На
плане каждый тоннель напоминал дерево: коридоры уходили в разные стороны,
как ветки от ствола, и снова ветвились, проследить их до конца было
трудно. Вместе с проводником Першин прошел один из коридоров, увешанный
кабельными кронштейнами и пучками проводов, время от времени коридор менял
направление, потолок снижался, приходилось нагибаться, но они продолжали
движение, пока не уткнулись в решетку.
Фонарь осветил бетонную камеру, увешанную кабелями, которые исчезали
в новом коридоре; можно было жизнь потратить, чтобы пройти все ходы из
конца в конец.
Под землей Москва была причудлива и разнообразна, как на поверхности.
Першин понял это, разведав многие тайные спуски, подземные ходы монастырей
и церквей, склады, амбары, винные погреба, катакомбы на месте древних
каменоломен, откуда первые жители брали камень на строительство города; он
по крохам собрал сведения о новострое - секретных сооружениях
госбезопасности, армии и прочих ведомств, каждое из которых имело под
землей центры управления и связи, бункеры для начальства, комфортабельные
убежища, не говоря уже о целой системе транспортных тоннелей, ведущих из
центра Москвы на окраины и дальше, за город.
Получив задание, Першин стал искать людей, способных пролить хоть
какой-то свет. Толком никто ничего не знал, но со временем из слухов,
сплетен, разговоров и архивов стала складываться общая картина.
Геологи, маркшейдеры, связисты угадывали некое соседство - обширные
пустоты, металл, вибрацию, излучения, источники которых таились под
землей. Что-то существовало там, на большой глубине, какой-то скрытый мир,
не просто существовал, а жил - дышал, нуждался в воздухе, воде,
электричестве, непонятное движение происходило там, и какие-то люди