Владимир Гоник. Преисподняя -
45 >
неисповедимо забредал человек. И хорошо еще, если ночью, потому что днем
он был обречен: восемьсот вольт в контактном рельсе, а не убьет
напряжение, зарежет поезд, токосниматель моторного вагона выступает с двух
сторон на четверть метра.
Раньше, правда, тоннели строили пошире, на обочине можно было
укрыться. По технике безопасности многие линии имели предохранительный
мостик - нечто вроде узкой полки, которая тянулась вдоль боковой стены
тоннеля. Расположенный на высоте вагонных окон мостик служил для высадки
пассажиров в случае аварии, и окажись в тоннеле человек, он мог, стоя на
мостике, переждать поезд.
Получив задание, Першин стал выяснять, каким способом человек может
попасть в систему метро. На станции вход в тоннель стерегли приборы,
стоило кому-то направиться туда, срабатывала сигнализация.
После закрытия станцию осматривала милиция, однако сведущий человек
мог исхитриться и дождаться двух часов, когда снимали напряжение в
контактном рельсе и отключали сигнализацию. На перегонах работали
ремонтные бригады, сновали дрезины и мотовозы, ходили связисты, электрики,
водопроводчики, и человек, имеющий умысел, вполне мог сойти за одного из
них и затеряться.
Иногда посторонние попадали в тоннель через наземный вентиляционный
киоск. Решались на это редкие смельчаки, спуск был сродни сошествию в ад.
На ужасном ветру в гуле и грохоте огромных вентиляторов, похожих на
авиационные моторы, нужно было спуститься в верхний коллектор, из него
попасть в ствол шахты и долго спускаться в бездонный пролет по отвесной
стене, вдоль которой тянулась лестница из железных прутьев. При глубоком
заложении тоннелей ствол шахты прорезал землю на высоту тридцатиэтажного
дома. Как говорится, устанешь падать.
Начав спуск, смельчак вскоре понимал, что поступил опрометчиво. В
темноте ничего не стоило сорваться, да и вообще, на висячей лестнице
всякое могло стрястись: соскользнет ли с перекладины нога, рука ли