Владимир Гоник. Преисподняя -
25 >
науках грамотеем, но и вельми искусным магом, чародеем, чернокнижником. И
библиотека его, как и знаменитая издревле и тоже загадочным образом
исчезнувшая Александрийская библиотека, содержала обширный свод
эзотерических знаний. Воспринять эти знания с пользой человек может лишь
по достижении зрелости души и только проникшись добром. А иначе обретенные
сведения пойдут не впрок, но во вред и приобретут разрушительную силу.
Есть суждение, что библиотека грозного царя до тех пор скрыта, до тех
пор не откроется, пока люди не готовы к опасным знаниям, пока не
проникнутся добром, не созреют душой. Вот почему обретение библиотеки
зависит не от поисков и находок, а от нас самих: не созрели пока и не
готовы. Не думаю, что это случится в ближайшее время.
От столетия к столетию Старое Ваганьково меняло владельцев, пока,
наконец, не воздвигли в XVIII веке на холме прекрасную усадьбу "дом
Пашкова". И разве случайно, что с его крыши обозревал Москву мессир
Воланд? Не верю в случайность подобных совпадений.
Нет нужды указывать на особую мистическую сущность подземелий.
Однажды я спустился на Сицилии в катакомбы первых христиан. Отчетливые
графити - выцарапанные на стенах надписи и рисунки свидетельствовали о
давних временах, когда новая религия подвергалась преследованиям, а мессию
его гонимые последователи обозначали знаком рыбы. Вернее, то была еще не
религия, а учение, потому что апостол Павел только создавал христианство
как новую религию, только формировал ее из разрозненных поучений,
проповедей и отдельных эпизодов жизни провинциального учителя и
проповедника Иешуа, правоверного обрезанного еврея, который никоим образом
не отступал от канонов иудейской веры, а напротив, оскорбленный искажением
ее со стороны книжников и фарисеев, вознамерился освободить ее от их
влияния, вернуть ей подлинную чистоту.
В катакомбах мне открылся неведомый сумеречный мир. Легко было